Сто файлов и один инженер: Apple и OpenAI сошлись в суде

OpenAI развернула обвинение в краже секретов против самой Apple. По версии создателя ChatGPT, его бывший инженер перед уходом переслал на личную почту более 100 файлов о ещё не выпущенном устройстве — изображения прототипа, отчёты о покрытиях и герметизации — а потом показал их руководству Apple. Прозвучало это в том же процессе, где Apple ещё летом обвинила OpenAI ровно в том же. Два вчерашних союзника выясняют, кто у кого списал.

Как дошло до зеркальных обвинений?

400 бывших из Купертино

Началось всё с иска, который Apple подала 10 июля 2026 года в федеральный суд Сан-Хосе. Дело Apple Inc. v. Liu ведёт судья Эдвард Давила, а сама 41-страничная жалоба строится на четырёх претензиях по федеральному закону о коммерческой тайне и двух — за нарушение контракта.

Инженер Чанг Лю, по версии Apple, проработал в компании восемь лет, в январе 2026-го ушёл в OpenAI, не вернул рабочий ноутбук и воспользовался багом аутентификации, чтобы скачать десятки секретных файлов. Второй фигурант — Тан Тан, 24 года проектировавший iPhone и Apple Watch, а теперь глава «железного» направления OpenAI. Его Apple обвиняет в том, что он просил кандидатов приносить на собеседования «настоящие детали». Всего у конкурента осело более 400 бывших сотрудников Apple — и список фигурантов разрастается.

Гаджет за 6,5 миллиарда

Ради собственного ИИ-устройства OpenAI купила стартап io дизайнера Джони Айва за 6,5 млрд долларов. Именно те самые файлы Apple теперь увязывает с HomeView — умным дисплеем за 299 долларов, который компания показала на этой неделе. Устройство с 7-дюймовым экраном, чипом A18 и распознаванием до шести лиц открыли к предзаказу 13 октября, отгрузки — с 13 ноября.

В Евросоюзе его пока не продают: там недоступен обновлённый Siri AI. HomeView выводит Apple в лобовую схватку с Amazon Echo Show и Google Nest Hub — и, по версии истца, частично собран на украденном.

OpenAI бьёт в ответ

А что сама OpenAI? Компания называет иск необоснованным и предвзятым, а поведение сотрудников — обычной практикой найма. По её версии, бывшие инженеры, наоборот, помогали Apple по её же просьбе, а переписку истец выдернул из контекста. Создатель ChatGPT попросил судью закрыть дело. Apple же добивается предварительного запрета. Ставки выросли до предела — и оба ходатайства судья назначил к слушанию на одно утро.

Секрет жив, пока заперт

Коммерческая тайна защищается не патентом, а режимом секретности. Закон требует двух вещей сразу: сведения ценны именно из-за закрытости — и владелец принимал разумные меры, чтобы их беречь. Как только файлы ушли на личную почту и покинули контур компании, весь спор сводится к одному вопросу: докажет ли Apple, что это были охраняемые секреты, а не общеизвестные инженерные приёмы? Истец упирает на то, что документы были помечены как конфиденциальные и лежали за контролем доступа. Защита отвечает, что половина «секретов» — рядовое знание отрасли. Поле боя очерчено: «разумные меры» против «и так все знают».

Второй узел — «остаточный доступ» уволившихся. Если система продолжала пускать бывших сотрудников в хранилище — тот самый баг аутентификации, невозвращённый ноутбук, — часть ответственности смещается на того, кто вовремя не закрыл дверь, а не только на того, кто вошёл. Именно сюда бьёт OpenAI: по её версии, переписка показывает, что это сотрудники Apple сами обращались к ушедшему коллеге, а не он к ним.

Кто оставил вход нараспашку? Для истца вопрос болезненный: владелец тайны обязан доказать разумные меры защиты — а распахнутая дверь их подрывает. Но и вход через известную лазейку закон может счесть «недобросовестным способом». Одни логи — два прочтения.

Настоящий риск для OpenAI — не деньги, а запрет. Apple добивается судебного ограничения на использование её секретов, и если суд его даст, под ударом окажется весь аппаратный проект целиком, а не отдельные утёкшие документы. Запрет умеет замораживать дорожную карту и заставлять переделывать устройство, пока тянется разбирательство.

Для компании, которая присматривается к выходу на биржу и догоняет конкурентов, стоп-кран страшнее любого штрафа. Но планка высока: чтобы получить такое ограничение, Apple придётся показать и вероятность выиграть по существу, и невосполнимый ущерб — то есть куда больше, чем одни подозрения.